Однажды директору сообщили, что с ним хочет побеседовать его «старый знакомый». Николас согласился на встречу. «Знакомый» напомнил Сиргадо об учебе в колледже, заговорил о прекрасных временах, когда Кубой заправляли американцы, о том, что революция якобы изменила курс. Прощупав настроения Николаса, он предложил ему стать участником контрреволюционной организации МРР—«Движение за реконструкцию революции». Николас сообщил об этом предложении органам безопасности.
На Кубе в то время действовали десятки контрреволюционных организаций. Поддерживаемые ЦРУ, они проводили многочисленные диверсионные акты, терроризировали население, убивали активистов. Николасу поручили внедриться в МРР, установить его связи с зарубежными центрами и сетью агентов на Кубе. Когда были выявлены связи МРР с заграницей, адреса, имена членов организации, органы государственной безопасности провели операцию по разгрому МРР.
К этому времени в Вашингтоне поняли, что планы свержения правительства Кубы с помощью внутренних сил провалились. И ЦРУ начало готовить покушения на лидеров кубинской революции.
Главари кубинских организаций на территории США уже знали о Николасе и интересовались им.
— Позже выяснилось, что начали меня изучать и в ЦРУ,— рассказывал Николас—Изучали довольно долго. Чтобы подхлестнуть их интерес, был создан миф о моем высоком положении в государственном аппарате и якобы имеющихся у меня возможностях влиять на принятие серьезных решений.
В конце концов в ЦРУ, видимо, решили, что я достоин их внимания. Первый контакт со мной они установили в Канаде. Там же мы условились, что встретимся в Лондоне, куда я должен был поехать по делам «службы». В качестве пароля мне назвали одну иностранную фирму. Приглашение на переговоры от ее имени должно было означать, что меня вызывают на встречу с представителями ЦРУ. В Лондоне мне позвонили...
Встреча состоялась в обычном номере одной из гостиниц. На ней присутствовали четыре американца. Один из них назвал себя полковником Харольдом Бен-соном, предъявил документ.